В начале V в. до н.э. тиран Сиракуз Дионисий I Старший (около 432— 367 до н.э.) вёл
яростную борьбу с карфагенянами, в чьих руках находилась тогда половина Сицилии.
Дионисий созвал на помощь искусных мастеров и инженеров изо всех греческих городов на
Апеннинском полуострове, и они в короткий срок изобрели для его армии не виданные ранее
орудия. Прибыл к тирану и Зопир из Тарента, который превратил обычный лук в мощное
метательное орудие. Называлось оно гастрафет («мечущий животом»). Воин ставил гастрафет
против стены и упирался всем телом в дугообразный «приклад», натягивая тетиву. При этом по
металлической канавке, проделанной в ложе гастрафета, двигалась «собачка», которая
зацеплялась за специальные зубцы и фиксировалась. Когда тетива была натянута, в него
вкладывали стрелу.
Гастрафет использовали при обороне крепостей, стреляя по противнику сверху. Какие же
преимущества давало такое оружие? Натяжение тетивы в нём было гораздо больше, чем в обычном луке, поэтому стрела летела дальше и била сильнее. Да и целиться стало легче, ведь тетиву удерживала не рука, а спусковой механизм. В результате увеличилась точность выстрела. Позже изобрели новый тип гастрафета: для натяжения в нем применили специальный ворот, что позволило постоянно держать оружие в боевой готовности, а не снимать его с плеча после каждого выстрела. Увеличенный вариант гастрафета — катапелът («пронзающий щит»; отсюда возникло латинское слово catapulta). Он достигал 2 м в длину и мог пробивать не только металлический щит, но и корпус осадной башни.

Храм Артемиды в Эфесе (построен около 550 г. до н.э.) был одним из самых красивых и знаменитых творений греческой архитектуры и считался третьим чудом света. Руководители строительства Херсифрон и Метаген при возведении храма столкнулись со сложной проблемой: как перевезти по рыхлой почве тяжёлые колонны и блоки из каменоломни к месту работ? Опыт Египта, где на строительство пирамид фараоны согнали тысячи рабов, в Греции был неприменим. Не располагали строители и большим количеством тягловых животных, которых широко использовали на подобных работах в странах Востока. И всё же выход был найден: колонну, особым образом прикреплённую к деревянной раме, как бы превращали в каменный каток. А перекатывать тяжести гораздо легче, чем тащить. Для прямоугольных блоков Метаген придумал другой способ: каждый блок, как ось, вставляли в огромные деревянные колёса около 4 м в диаметре и катили до места строительства. Сэкономив таким образом много сил и средств, Метаген решил поделиться своим изобретением с другими: написал книгу. Рассчитывал ли он прославиться среди современников и сохранить своё доброе имя в веках? Если да, то расчёт оправдался: об изобретении Метагена помнят уже более 2,5 тыс. лет.
Иногда в ходе строительства (особенно высоких сооружений) требуется поднять тяжёлый груз на большую высоту. На Востоке в древности для этого делали огромные пологие насыпи, которые по окончании работ разбирались. Понятно, что такой трудоёмкий способ требовал участия множества людей. Греки же старались сократить объём ручного труда с помощью строительной техники. В VI в. до н.э. они изобрели два подъёмных крана: для подъёма небольших (самой простой конструкции) и более тяжёлых грузов. По изображениям, найденным археологами среди развалин одного из античных городов, удалось установить, как он действовал. Колесо огромного крана вращали пять человек, в то же время двое управляли грузом снизу и двое — сверху.
Метод расчёта трассы туннеля, которым, вероятно, пользовался Евпалин, описывает в своей книге древнегреческий учёный Герон Александрийский.

Это последний период палеолита (40 тыс. — 10
тыс. лет до н.э.). На исторической арене появляется Homo sapiens. Техника обработки камня и
кости становится необычайно высокой, развивается домостроительство, рождается яркое,
выразительное искусство. Биологическое формирование человека на этом этапе заканчивается.
Одно из важнейших технических достижений позднего палеолита — призматическая техника
раскалывания заготовки. Опыт многих тысячелетий убеждал человека в том, что удлинённая
заготовка (т. е. нуклеус), по форме напоминающая призму или конус, чрезвычайно удобна в работе и позволяет экономно расходовать материал. А это было немаловажно, учитывая скромные запасы сырья. С такого нуклеуса снимали узкие прямые пластинки, из которых изготовляли орудия самого разного назначения: наконечники дротиков, копий и, возможно, стрел; резцы, скребки, ножи, проколки, свёрла. Теперь для трудовой операции мастер брал не одно, а несколько орудий и использовал их последовательно. Набор орудий того времени необычайно богат — учёные насчитывают более 200 типов. По сравнению с предшествующими эпохами орудия позднего палеолита меньше, изящнее. Появились и новые их виды, которые стали важным шагом в развитии техники. Это резцы и вкладышевые орудия.
По своему назначению и конструкции рабочей кромки древний резец похож на современный токарный. Острая режущая кромка, образованная резцовым сколом, делала его незаменимым для работы с твёрдыми материалами. Им резали кость, бивень мамонта, дерево, толстую кожу. Без него было бы невозможно изготовлять костяные наконечники копий, гарпуны, шилья, иголки, лопаточки для выминания кожи, рукоятки и основы для вкладышевых орудий, статуэтки людей и животных, украшения. На многочисленных гравированных изделиях из рога, бивня и кости со стоянок Западной и Восточной Европы, Сибири отчётливо видны конические канавки — следы резца.
Одно из самых распространённых орудий в верхнем палеолите — скребок. Обычно он имел округлое отретушированное лезвие. На протяжении многих тысячелетий, от мустье до железного века, этот инструмент использовали для выделки шкур и кожи. Даже в наше время народы Севера обрабатывают пушнину, как правило, каменными скребками, а не железными: металлические чаще портят шкуру, особенно тонкую.
В верхнем палеолите уже существовала специализированная пушная охота — на песца, волка, росомаху и даже зайца. Большое разнообразие пушнины и кож требовало специальных инструментов для их выделки. Скребками производили одну из основных операций — мездрение, т. е. шкуры и кожу очищали и обезжиривали. Без этого нельзя шить одежду и обувь, изготовлять сумки, мешки, котлы и другую тару, покрывать шкурами жилище. Чаще всего работали скребками без рукоятки, движениями «на себя». Шкуру растягивали на земле, закрепляли её колышками или расстилали на колене, затем удаляли мездру с остатками мяса. Рабочий край скребков быстро изнашивался. Заготовки, из которых эти орудия делали, были длинными, и потому, когда скребок становился тупым, его подправляли, и не один раз. После мездрения и обработки золой шкуры и кожи сушили, а затем выминали с помощью костяных лопаточек и лощил. Кроили шкуры ножами и резцами. Шили изделия из кожи и меха с помощью мелких острий, проколок и костяных игл. Остриями называют не определённый тип изделий, а орудия с общим признаком — острым ретушированным концом. Большие острия, вероятно, использовали для работы с грубыми и толстыми шкурами таких животных, как бизон, носорог, медведь, дикая лошадь. Одежду из них не шили, а вот для устройства крыш и других хозяйственных целей они были, по-видимому, необходимы. Кроме того, крупные острия могли служить в качестве наконечников копий и стрел.
Прокопки — орудия с выделенным ретушью относительно длинным и острым жальцем или несколькими жальцами. Ими прокалывали кожу, а отверстия потом расширяли при помощи острий или костяных шильев.
Иглы из кости практически не отличаются от современных, разве что немного толще. Их вырезали из плотной кости и шлифовали; ушко либо прорезали, либо просверливали. Иглы часто находят в игольниках — маленьких цилиндрических коробочках с крышечками, сделанных из трубчатых костей птиц. Они часто украшены выгравированным орнаментом. Сшивали одежду сухожилиями и растительными волокнами, а также тонкими сыромятными ремешками из кожи мелких животных.
Представить, как одевался первобытный человек, можно благодаря статуэткам, найденным на стоянках Мальта и Буреть близ Иркутска в Сибири. Статуэтки изображают людей в меховых комбинезонах с капюшоном, в штанах, рубахах и обуви. В общих чертах одежда похожа на традиционный костюм северных народов. Судя по погребениям верхнего палеолита, одежда (и головные уборы) богато украшалась резными костяными бляшками, застёгивалась на костяные пуговицы и пряжки.
Во второй половине верхнего палеолита появились составные, или вкладышевые, орудия. На основе призматической техники раскалывания человек научился делать правильные миниатюрные пластинки, очень тонкие, с режущими краями. Такая техника называется микролитической (от греч. «микро'с» — «малый» и «ли'тос»). Изделия, ширина которых не превышала 1 см, а длина — 5 см, называют микропластинками. Они-то главным образом и служили вкладышами — составными частями лезвия будущего орудия. Если вставить ретушированные микропластинки в основу из дерева, кости и рога, получится длинное режущее лезвие. Вырезать его целиком из камня невыгодно. Во-первых, на это уйдёт много времени, а во-вторых, камень достаточно хрупок и при сильном ударе может разломиться. Составное лезвие легче починить — заменить только повреждённую часть (один-два вкладыша), а не делать целиком заново. Чаще всего именно так изготовляли крупные наконечники копий с изогнутыми краями (подобный наконечник
найден на стоянке Талицкого на Урале), жатвенные ножи с вогнутыми лезвиями (ими древние
люди собирали дикорастущие злаки).
В эпоху верхнего палеолита стали применять принципиально новые техники обработки
твёрдых материалов — пиление, сверление и шлифование.
Сверлили с помощью лучкового сверла, хорошо известного по более поздним временам. В
тетиву вставляли полую кость, под неё постоянно подсыпали песок и при вращении кости
высверливали отверстие. Чтобы получить более мелкие отверстия, например игольное ушко
или дырочку в бусине из раковины, использовали кремнёвые свёрла — каменные орудия
небольшого размера с ретушированным трёхгранным или коническим жалом, которое
закрепляли в рукоятке и быстро вращали вручную.
Пиление применялось в тех же случаях, что и сейчас, но значительно реже. Каменные пилки —
вкладышевые орудия, делали их из пластинок с ретушированным зубчатым краем и какой-либо
твёрдой основы. Они были достаточно хрупки, поэтому дерево обрабатывали в основном
рубящими орудиями. Кроме того, эпоха верхнего палеолита совпала с ледниковым периодом, и
деревьев тогда росло не так уж много. Зато следы пиления обнаружены на статуэтках того
времени, сделанных из мягкого камня — например, мергеля или сланца.
Шлифовали и полировали чаще всего кость, гораздо реже — камень. Широко распространится
подобная техника в мезолите и неолите.
В наборе орудий, характерных для верхнего палеолита, встречаются комбинированные орудия.
Видимо, для того, чтобы мастеру было удобнее работать, на одной заготовке часто располагали (комбинировали) два-три различных орудия. Скребок и резец, скребок — резец — проколка, несколько разных резцовых кромок — наиболее частые сочетания.

Следующая эпоха палеолита — ашельская (900 тыс. — 100 тыс. лет
до н.э.). На стоянках в Сент-Ашёле (предместье города Амьен) во Франции впервые были
найдены изделия, характерные для этой эпохи. Их создавали попрежнему архантропы, но, судя по костным остаткам, в физическом отношении древние люди
стали более совершенными. Хронологически ашель разделяется на древний, средний и
поздний.
Уже в древнем ашеле (900 тыс. — 350 тыс. лет до н.э.) появляются новые типы орудий —
ручное рубило и колун. Они значительно крупнее олдувайских многогранников и чопперов. 35 см и имеют овальную, сердцевидную или миндалевидную форму. Один конец их заострён с двух сторон, края тщательно обработаны. Другой конец, называемый пяткой, как правило, не обрабатывали — чтобы рубило удобно было держать. Форма ручных рубил достаточно стандартна: видимо, человек к тому времени приобрёл устойчивые навыки обработки кремня. Колун — ещё один распространённый тип орудия, оббитого с двух сторон. Он имеет трапециевидную или треугольную форму с почти параллельными краями. Лезвие колуна ретушью не обрабатывалось. Предположительно эти орудия служили для раскалывания твёрдых материалов — кости и дерева.
И ручные рубила, и колуны существовали на всём протяжении ашеля.
В ашельскую эпоху широко использовали и орудия на отщепах. Предназначались они для резания, скобления, прокалывания и прочих трудовых операций. Их формы, весьма разнообразные, зависели от исходных заготовок, а, следовательно, определялись контурами нуклеусов и техникой раскалывания.
В период древнего ашеля техника раскалывания во многом сходна с олдувайской. Её называют кле'ктонской (по стоянке Клектон в Англии). Нуклеусы того времени грубые и бесформенные. Такими же грубыми были и фрагменты-заготовки, поэтому при изготовлении орудия использовалась ретушь.
Резкие изменения произошли в позднем ашеле (350 тыс. — 100 тыс. лет до н.э.). Впервые обнаружили иначе расколотые нуклеусы на стоянке Леваллуа-Перре под Парижем, отсюда и название новой техники — леваллуа'. Эта техника позволяла получать много заготовок (до 70 штук) достаточно правильной и к тому же заданной формы. Отщепы и пластины, скалываемые с нуклеуса, выходили овальными или треугольными; дальнейшая их обработка была очень несложной и не требовала много времени.
Найденные нуклеусы оббиты весьма тщательно. По форме они напоминают панцирь черепахи, и поэтому их называют черепаховидными. Появление такого типа заготовок породило первое массовое, можно даже сказать поточное, производство. Человек, имевший в запасе нуклеус леваллуа, уже не тратил время на подбор подходящей заготовки. Из «панциря черепахи» он мог в любое время и без особого труда сделать необходимое орудие — копьё для охоты, нож или скребло для выделки шкуры.
К ашельской эпохе относятся уникальные деревянные находки: остриё копья (рогатины), вырезанного из тиса (стоянка Клектон); конец рогатины, похожий на клектонское остриё (стоянка Торральба, Испания). Близ города Лерингена (Германия) среди костей древнего слона, между его рёбрами, была найдена целая рогатина длиной 215 см. Чтобы придать дереву большую прочность, концы рогатин обычно обжигали.

Олдувайская эпоха палеолита (около 3 млн. — 900 тыс. лет до н.э.)
выделена совсем недавно (в 60-х гг. XX в.) благодаря исследованиям английских археологов
Мэри и Луиса Лики в Олдувайском ущелье (Танзания, Юго-Восточная Африка). Здесь найдены
каменные орудия и костные остатки первого человека Homo habilis (в переводе с латыни
«человек умелый»). Этот период очень длителен, на его протяжении жил не только
примитивный хабилис, но и вполне «продвинутые» по сравнению с ним питекантроп (от греч. «пи'текос» и «а'нтропос») и сина'нтроп {от лат. Sina — «Китай» и греч. «а'нтропос»), стоянки которых обнаружены на юге Европы и в Азии. Для всех стоянок характерны общий набор орудий и их сходная обработка.
Древнейшие орудия примитивны и грубоваты, что объясняется отсутствием необходимых трудовых навыков и несовершенством физического строения людей того времени, особенно руки. Первым мастерам было трудно наносить меткие удары, точно обрабатывать кость или камень. Тем не менее, набор олдувайских орудий довольно разнообразен. В нём есть практически все типы изделий каменного века. Однако некоторые из них представлены многочисленными сериями, другие же широко распространились лишь в последующие эпохи. Факт такого
изобретения «про запас» поистине удивителен, но пока не находит объяснения.
Большинство олдувайских орудий изготовлено из гальки различных пород, поэтому данную
эпоху часто называют галечной. Кроме галек использовали и массивные обломки горных
пород. Размер олдувайских орудий невелик — всего 8—10 см. Основной приём обработки —
оббивка. Ретушь встречается реже. Наиболее типичны для олдувайской эпохи три вида орудий:
многогранники, чопперы и орудия на отщепах.
Многогранники — округлые, грубо оббитые камни со многими гранями — служили ударными
орудиями для приготовления растительной и животной пищи. Рубящими и режущими
орудиями были чопперы. Их делали из крупных галек. С помощью оббивки заостряли один
конец, а противоположный оставляли неотделанным — чтобы чоппер было удобно держать в
руке. Встречаются чопперы двух видов: с лезвием, оббитым с одной стороны, и с лезвием,
обработанным с двух сторон. Последние часто называют чоппингами.
После оббивки камней оставалось много отщепов. Из них уже сравнительно легко делали
разнообразные орудия, ими разделывали охотничью добычу, резали мясо. Для изготовления
орудий на отщепах использовали и заготовки, сколотые с нуклеусов. Во всех случаях нужную
форму изделия и острые края получали посредством ретуши.
Нуклеусы олдувайского периода очень примитивны. Это бесформенные куски камня с
немногими следами сколов. Их ещё трудно отличить от чопперов и других грубых орудий того
времени.

Умение изобретать, делать и использовать технику — такой же признак человека, как хождение
на двух ногах, способность к мышлению, речи и совместному труду. Иначе говоря, человек,
техника, язык, общество и совместный труд возникли в результате одного процесса —
постепенного превращения древнейших гоминид в людей современного типа.
Многие животные способны к сложным действиям, очень похожим на разумные. Бобры
сооружают плотины. Искусно сделаны термитники, пчелиные соты, птичьи гнёзда... Однако,
создавая их, животные действуют инстинктивно — как диктует им врождённый, безусловный, рефлекс. Строя жилище, они не изобретают, а лишь воспроизводят действия, запрограммированные природой для каждого конкретного вида. Потому-то гнездо пеночки в конце XX в. выглядит так же, как и века назад.
В отличие от животных человек для удовлетворения своих потребностей использует орудия труда — своеобразные продолжения рук, во много раз увеличивающие их возможности. При этом люди действуют не инстинктивно, а сознательно, разумно: заранее определяют цель, обдумывают способ и средства её достижения, подбирают необходимый материал, намечают последовательность операций. Иначе говоря, ещё до того, как приступить к изготовлению техники, человек как бы создаёт её в голове, в мыслях, т. е. разрабатывает проект того, что ему нужно. А проектирование — уже творчество, сознательное созидание нового, того, чего в природе ещё не существовало. На такие действия до человека не было способно ни одно животное. Изготовление и применение техники изменили взаимоотношения человека с природой. Люди не только берут у неё готовую пищу, растительные волокна, куски дерева или камня, но и производят из природных веществ новые, искусственные материалы и предметы. Изготовление каменных, а затем и металлических ножей, топоров, деревянной и глиняной посуды — это уже материальное производство, без которого человечество не может существовать. Сначала материальное производство мало влияло на природу. Но с каждым тысячелетием
объём искусственно созданных технических изделий увеличивался и потребности человека в
естественных материалах возрастали.
Производство требовало всё больших умственных и физических затрат, и люди, развивая
навыки предков, живших стаями или стадами, постепенно начали объединять свои трудовые
усилия. А общий труд был невозможен без дальнейшего развития культуры и главного
средства передачи информации — языка. Так происходило становление человека и
формировалось его сознание. Человек умелый превращался в человека разумного (Homo
sapiens).

Несмотря на достижения науки, в истории первобытной техники и в палеоантропологии до сих
пор немало загадок и тайн. Особенно трудно «выстроить» события древнейшего прошлого
людей в последовательный временной ряд. Решая эту задачу, учёные не раз ошибались,
принимая за останки прямых предков человека кости их дальних «родственников». Много лет
специалисты считали самым древним предком человека рамапите'ка*. Сейчас ему отвели
другое место: он предок не человека, а орангутана — человекообразной обезьяны, живущей в лесах островов Калимантан и Суматра. В 1856 г. в долине Неандерталь, вблизи города Дюссельдорф в Германии, рабочий каменоломни нашёл черепную крышку, кусок плечевой кости и некоторые кости конечностей. Они напоминали человеческие, но всё же отличались от них. Позднее похожие кости были найдены рядом с костями мамонта, шерстистого носорога и других ископаемых животных. Но что самое интересное — здесь же оказались и оббитые каменные орудия! Находки породили ожесточённые споры, которые длились десятилетия. Одни учёные считали живших 200—35 тыс. лет назад неандертальцев потомками питекантропов, останки которых обнаружил голландский антрополог Эжен Дюбуа на острове Ява в 1891 — 1893 гг., и предками современных людей. Другие же признавали их только родственниками человека, произошедшими от общих с людьми предков. Сегодня большинство исследователей склоняются к мнению, что неандертальцы — боковая ветвь развития гомини 'д (от лат. homo — «человек») — семейства из отряда приматов. К гоминидам принадлежат человек современного типа и ископаемые люди. Не сходятся мнения учёных и по некоторым другим важным вопросам происхождения людей, техники, языка и человеческого общества. Поэтому любая новая находка археологов или открытие палеоантропологов способны круто изменить уже сложившиеся представления о том, что же в действительности происходило на заре истории человека и техники.

Очень долго люди не имели достаточно ясного представления о том, как на Земле появился
человек и какой была самая первая техника. До середины XIX в. даже большинство учёных
придерживались точки зрения о божественном происхождении человека, как об этом говорится
в священных текстах. И только с возникновением новых исторических наук появились первые
достоверные знания о развитии материальной культуры и о происхождении человека. Одна из
таких наук — археология (от греч. «арха'йос» — «древний» и «логос» — «учение») изучает историю по материальным остаткам жизни и деятельности людей. Один из её разделов — древняя археология — исследует вещественные памятники самого отдалённого прошлого. К ним относятся как остатки различных предметов и технических устройств (орудий труда, оружия, предметов быта), так и целые комплексы (могильники, поселения, клады). Сохранились они потому, что оказались погребёнными под землёй. Археологические экспедиции занимаются раскопками на местах стоянок первобытных людей, изучают развалины древних городов и крепостей. Иногда учёным удаётся найти окаменелости — остатки растений, костей или их отпечатки, следы деятельности животных и людей, в частности кострища и даже наскальные изображения. Такие находки очень редки, ведь с тех пор прошли сотни тысяч, а иногда даже миллионы лет.
Из разнообразных технических изобретений самого отдалённого прошлого людей лучше всего сохранились изготовленные первобытным человеком каменные орудия. На их рабочей поверхности археологи обнаруживают многочисленные царапины — трассы, которые позволяют понять, как этими орудиями пользовались. Именно так удалось вычислить направление и даже силу ударов, когда-то наносившихся кремнёвыми рубилами и топорами. Для того чтобы точнее узнать, насколько эффективно было то или иное орудие и много ли времени уходило на его изготовление, археологи ставят эксперименты: воспроизводят образцы древнейшей техники и технологию её применения. По изменениям технологии обработки орудий, сделанных в разное время, учёные узнают, как постепенно росло мастерство первобытных людей, улучшались технические приёмы и средства, которые они применяли. На рубеже XVIII—XIX вв. знаменитый французский зоолог Жорж Кювье (1769—1832) основал палеонтологию (от греч. «палайо'с» — «древний» и «о'нтос» — «сущее) — науку о вымерших растениях и животных, обо всех проявлениях жизни в геологическом прошлом Земли. В палеонтологию вошли палеоботаника (от греч. «палайо'с» и «бота'не» — «растение») и палеозоология (от греч. «зоо'н» — «животное» и «логос»), изучающие соответственно ископаемые остатки растений и животных. По одной только пыльце (а она сохраняется лучше, чем другие остатки растений) учёный-палеоботаник может определить и вид растения, и время, когда оно росло. Это знание применяется при датировке археологических находок споро-пыльцевым методом. Позже, уже в середине XIX в., возникла наука о происхождении и развитии человека — антропология (от греч. «а'нтропос» — «человек» и «логос»). Один из её разделов — палеоантропология — изучает антропогенез (от греч. «антропос» и «ге'несис» — «зарождение»), т. е. происхождение человека, первоначальное развитие труда,
речи и общества. Палеоантропологи исследуют ископаемые костные останки древнейших людей.
Казалось бы, что можно узнать по редчайшим находкам окаменевших остатков костей — частиц скелета и черепа, стопы или отдельных зубов? Но каждая такая находка бесценна. По остаткам крышки черепа, например, палеоантропологи устанавливают объём черепной коробки, а значит — величину и даже некоторые особенности строения мозга существа, жившего миллионы лет назад. А исходя из этого, делают выводы о том, могло ли оно говорить, «по-человечески» мыслить. По строению зуба и челюсти учёный определяет, чем питались наши далёкие предки, было ли у них внешнее сходство с современными людьми. По поверхности коренных зубов узнаёт, кому они принадлежали. Дело в том, что у человекообразных обезьян и людей эта поверхность иная, чем у остальных приматов. Кости животных, окаменевшие растения, их споры и пыльца, найденные рядом с останками древнейшего человека, «рассказывают» о том, в каких климатических условиях он жил, на каких зверей охотился. Полезными оказываются даже окаменевшие бытовые отходы, строительный и хозяйственный мусор, зола и прочие следы человеческой деятельности, обнаруженные в районе стоянок первобытных людей. Например, по количеству выброшенных в мусорные кучи костей животных палеозоологи могут установить, сколько мяса первобытный человек съел на этой стоянке, по остаткам рыбных костей — какое место в жизни людей занимала рыбная ловля.
Иногда археологи не могут понять, что именно они нашли, каково назначение этого предмета. Тогда на помощь приходит этнография (от греч. «э'тнос» — «племя», «народ» и «графо» — «пишу») — наука, изучающая происхождение народов, их быт и культуру. С конца XIX в. серьёзное внимание этнографов привлекают обычаи, традиции и особенности культуры, сохранившиеся от далёкого прошлого. Оказалось, что с помощью этих знаний
нередко можно объяснить назначение загадочных археологических находок. В частности,
археологам долго было неясно, с какой целью древние люди аккуратно вырезали в рогах оленя
цилиндрические отверстия. Такие находки встречались в Африке, Сибири и во многих других
местах. Этнографы подсказали, что даже в XIX в. некоторые северные народы и индейские
племена использовали очень похожие устройства для выпрямления древка стрелы. С помощью
этнографии археологи узнали и о том, как древние люди добывали огонь.